Военный госпиталь, который находился в селе Щекино в сентябре 1941 года

Зинка никак не могла подобрать нужные слова. Как можно в письме рассказать матери о том, что ее сын умер. Он умер как герой, защитник своей Родины и освободитель русского народа от фашистско-немецких оккупантов и вообще всякой немецкой своры. Но он умер… Его больше нет… Нет восемнадцатилетнего мальчишки красноармейца Голощапова Ивана Андреевича, 1925 года рождения. Девушка взяла приготовленный листок, заточила карандаш и вывела первые слова: «Ваня просил написать». Потом поставила дату: 15.9.43 года. Впервые она увидела его всего три дня назад в госпитале, всего в бинтах, измученного болью от страшных ранений, полученных во время боя. Больше всего ее удивили глаза парня — огромные карие с веселым огоньком и искренней верой в то, что все будет хорошо. Несмотря на боль, он по-детски улыбался, шутил и пытался поднять настроение окружающим. А вокруг него, страдая от ран, умирали солдаты, около них суетились измученные бессонными ночами и переездами военные врачи и медсестры. Зинка и ее подружки с любопытством смотрели на все, что происходит здесь, в госпитале. Вчера председатель на собрании объявил: «В Щекино прибыл госпиталь. Нас просили помочь по возможности…» И Зинка, справившись со своими домашними хлопотами, вымыла руки, умылась и прибежала сюда. Кто им поможет, кроме нас? Ведь нас же защищая, ранены были! «Пить…» — донеслось из самого дальнего угла. Зинка схватила кружку, зачерпнула воды и бросилась туда. Она уже протянула кружку солдату, почти полностью обмотанному бинтами, но чья-то рука мягко ее остановила. «Этому доктор не велел, — сказала сестричка в белом халате, — иди, переоденься, я тебе все покажу». До утра девушка трудилась, помогала менять повязки, переодевала, кормила раненых, убирала. К тому солдату подойти снова удалось только утром. Приступ боли уже прошел, и Зинка увидела эти чудесные глаза. «Все-таки дашь воды?» — спросил раненый. «Говорят, тебе не велено», — прошептала «новоиспеченная» сестра милосердия, но тихонько взяла бинт, обмакнула в кружку и смочила губы мальчишки. «Спасибо, они на мне уже крест поставили, думают, не выживу. А я назло всем… Я маму хочу увидеть. Знаешь, она у меня какая… Закрываю глаза и вижу ее теплые мягкие руки. Они хлебом пахнут и еще молоком. Я ей обещал, что вернусь! — уже смелее заговорил солдатик, — а ты тоже ничего, хорошенькая…» Щеки Зинки залились краской, а раненый не унимался: «Меня Ваней зовут, я здесь недалеко живу, в Голощапово. Это в Советском районе. После войны я найду тебя и женюсь. Всегда мечтал о такой. Ты на маму мою похожа и еще на ангелочка». На следующий день ему стало еще хуже, он уже не просил пить, а только тихо стонал и метался на кушетке. Под утро он пришел в себя и стал искать глазами своего ангелочка. Как только увидел ее, бодрясь изо всех сил, стал засыпать девчонку комплиментами и веселить товарищей по несчастью. Лишь когда она, наконец, подошла к нему, прошептал: «Ты… это… если что… возьми вот здесь, в кармане, тут адрес мамы… Ты ей напиши, что я всем фашистам назло…» Зинка спешно взяла листок и сунула в карман, посмотрела в глаза и поцеловала. Ваня закрыл глаза, губы его расплылись в счастливой улыбке. Больше девушка его не видела. На кушетке в дальнем углу уже лежал другой раненый боец с перевязанной ногой. На немой вопрос Зинка услышала: «Красноармеец Голощапов Иван умер сегодня от тяжести ран». Сильно колотилось сердце, и стучало в висках. Но Зинка отогнала от себя все мысли и переживания и снова перевязывала, переодевала, кормила, убирала… Не один солдат умер в Щекино. Здесь же, рядом с госпиталем, их и похоронили. Семь дней помогала Зинка выхаживать раненых солдат. Потом госпиталь был переброшен дальше. Лишь через неделю, стоя на могиле Ванюши, сунула Зина руку в карман. Она все не решалась развернуть листочек, исписанный аккуратным почерком. Здесь адрес. Ведь мать не знает ничего! Может, она тоже захочет сюда приехать. Конечно, захочет. Зинка снова взялась за карандаш. «Привет от незнакомой Вам Зинаиды. Тетя! Во первых строках разрешите мне Вам написать, кто я и зачем пишу Вам такое письмо с плохими новостями… В 11 часов дня в воскресенье 4 сентября Ваш сын Ванюша умер как защитник своей Родины от тяжести ран. Схоронила я его на своем кладбище. Если интересуетесь его последними днями жизни, то опишу в следующем письме. Все. Мой адрес: Курская область, Крупецкой район, д. Щекино Щекинского сельсовета. Гребенниковой Зинаиде И.» Девушка перевернула листок, списала адрес, сложила треугольничком и отдала почтальону. Напрасно ждала она ответа от матери, напрасно заранее сочиняла следующее письмо. Не знала Зинка, что письмо ее мама Ванюши так и не получила. Не знала, что прочтут его только через 73 года, когда и ее, Зинки, всю жизнь прожившей в родном селе, уже не будет в живых. А письму в архиве дадут номер 39595 и обнаружат ошибку в архивной записи о безвозвратной потере красноармейца 121 стрелковой дивизии Голощапова Ивана Андреевича. Сколько таких Ванюш и Зинок, у которых суровая война отняла юность, возможность быть счастливыми, любить, мечтать, жить…

10 мая 2016 г. в 23:58

Военный госпиталь, который находился в селе Щекино в сентябре 1941 года

Рядом

Памятник односельчанам, погибшим в годы войны Великой Отечественной войны в селе Щекино Рыльского района

Памятник отважной партизанке Шуре Зайцевой в п. Крупец Рыльского района Курской области

Сквер Памяти Защитников Отечества

Памятник павшим в Великой Отечественной войне

Памятный обелиск

Братская могила советских воинов

Курская область, Рыльский район, село Асмолово

Братская могила воинов Советской Армии, с.Коровяковка

Найти памятное место

Память и признательность